Арион - журнал поэзии
Арион - журнал поэзии
О журнале

События

Редакция

Попечители

Свежий номер
 
БИБЛИОТЕКА НАШИ АВТОРЫ ФОТОГАЛЕРЕЯ ПОДПИСКА КАРТА САЙТА КОНТАКТЫ


Последнее обновление: №2, 2017 г.

Библиотека, журналы ( книги )  ( журналы )

АРХИВ:  Год 

  № 

ГОЛОСА
№3, 2004

Анна Кузнецова

. . .

Смысл у слов на голове —
как пилотка из газеты:
солнце, полдень. Слово «лето»
знай — и путайся в траве...

Голос выпадет из слов
по ступенькам без порядка
долгим «и» — а есть ли краткий...
Посмотри в свою тетрадку,
в своды суффиксов-основ.

В парадигме слово «тело»
село-встало, встало-село,
хочешь — выйдем и пойдем,
хочешь — ляжем и заснем.
Голос падает опять...

Ловишь смыслом, хочешь знать...



. . .

натирая об узкое русло бока,
провернулась, как штопор, сливая в бокал
устья долгого
лето

серебрясь и ребрясь,
отвердела река,
отвертелась от ветра

отсекла ивняка лишний слог,
улеглась в однострок



. . .

Болтливый катер женским голоском
По осени считает пассажиров.
Прожорливый курорт сбесился с жиру —
Не делится захваченным песком:
Повсюду аквапарк. Куда ни глянь —
Любви рабыни свозятся возами,
И смотрят нераскосыми глазами
Татарове, что собирают дань.

Осядет свет. Увянет ветерок.
Увяжет тетка чурчхелуґ и груши.
Посмотрит из партера волн нырок
Закат одной отдельно взятой суши —
И будет месяц в полной тишине
Сидеть над отыгравшею пластинкой,
А солнце до утра лежать на дне,
Обмахиваясь голубой простынкой, —
«Покой» — определит ее покрой
«От автора» читающий герой...



НОЯБРЬСКИЙ ВЕТЕР

без любопытства поднимает
оброненные вещи



. . .

Мама захотела
выйти за ограду,
выброситься в ночь.
У нее нет тела,
тела ей не надо,
тело носит дочь.
Что на ней — в заплатках,
бледненького тона,
в гречку и метель
ухвачу за складку,
вытащу с балкона,
сволоку в постель.
Вытяну, расправлю,
выглажу руками,
подержу зажатым
между потолками.
Стянет память нашу —
кесареву рану:
Маша ела кашу,
мама мыла раму.



. . .

Я просыпалась затемно, входила на носках
в увешанное платьями большое слово «шкаф»
и выбирала серое, как зачастивший дождь,
поспешной школьной верою в заведомую ложь,

и долго было холодно — до нынешней весны,
когда на берег, в комнаты, выбрасывались сны,
и нужно было зеркало кропить водой, тереть,
проверить светом, мелко ли, чтоб мельком посмотреть

на столик с детской книжицей, где старый Дон Кихот
от улицы до ижицы за истиной идет
и хочет тень от мельницы переливаться той
в ушат Большой Медведицы налитой темнотой.



. . .

Искать друг друга стало так темно...
Сны больше закоулочные снятся.
Сплю с кем-то рядом, чтобы ни в одном
не заблудиться, не потеряться.



. . .

О поэт! Не дописывай строчки до точки.
Я не в силах дочитывать длинные строчки
современных стихов. Этой повести нет.
Не печальней, а нет. Приблудился сюжет

к тишине, где светляк без полета живет,
сел, пригрелся — и гасит зеленый живот.
И в сплошной темноте долго слушает сад,
как неспешно съедает лиса виноград...

Многоликий Ромео, Джульетта глупа —
на пуантах стоит, как велел Петипа,
на балконе, как распорядился Шекспир,
и глядит на тебя в перевернутый мир.

Все глядит и глядит миллионами глаз,
курит, плачет, твердит: эта повесть про нас...



. . .

Какой-то небывалый излом тишины
в словоохотливости одиноких.
После отмены цензуры
тишина эта вышла
многотомным изданием.


  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10 >>
   ISSN 1605-7333 © НП «Арион» 2001-2007
   Дизайн «Интернет Фабрика», разработка «Com2b»